Чтоб лучше видеть Бога...

С письмом на сайт обратилась женщина, воспитывающая приёмных детей. Она возмущена отдыхом своих детей в православном лагере. Вашему вниманию её письмо полностью.

1551 просмотр :: 77 комментариев 18.07.2017 08:52

Я уже более 20 лет воспитываю в своей семье детей сирот, детей, лишенных родительского попечения. Так сказать, за один стол сажу и родных детей и приемных. Дети приемные в семью приходят разные, с разными жизненными историями, с разными характерами, но все они перенесли в жизни травму разлучения с родной семьей. Кто то семью меняет уже не раз.

Конечно, поведение таких детей очень отличается от детей "семейных". Но все они просто дети, которые хотят чтобы их любили, чтобы их понимали и принимали такими как они есть. Сейчас у меня на опеке три мальчика: 13, 12 лет и 4 года.

В отношении двоих старших мальчиков я достаточно долго пыталась решить вопрос по летнему оздоровлению, гарантированному государством детям сиротам, детям, лишенным родительского попечения. О том, что в Оршанском районе с оздоровлением детей существуют большие сложности (об этом совсем недавно, в конце июня была публикация на сайте Витебского курьера и на сайте кампании "НашДом", просмотрите, чтоб просто быть в курсе). Поскольку бесплатные ночевки в школах, с целью привлечения бюджетных средств на счет местного отдела образования я не считаю для детей полезным оздоровлением, то я, естественно, настаивала на загородном оздоровлении.

Со слов замещающих родителей я узнала, что иногда в Отделе образования спорта и туризма Оршанского райисполкома дают путевки в загородный православный лагерь "Дружба"под Витебском, и что это вполне неплохой лагерь. Со слов этих лиц, я узнала, что в лагере не так много детей, там нет увеселительно-развлекательных мероприятий, и сбалансированное питание. Поскольку двое моих старших детей (13 и 12 лет) очень травмированы, имеют высокую личную и ситуативную тревожность, то по моим рассуждениям такой лагерь для них вполне подходит. Кроме того, я рассчитывала, что поскольку это православный лагерь, то к особенностям детей-сирот там будут более снисходительны.

20.06.2017 г. я отвезла мальчиков в город Витебск.

Детей забирали в лагерь у гостиницы "Лучеса".

Перед посадкой детей в автобус было сообщено, что ежедневно детям будут выдавать телефоны, и они сообщат телефоны вожатых, воспитателей.

В первые три дня мальчики не перезвонили. Я стала искать телефоны лагеря в Интернете, но срабатывал факс. Когда я дозвонилась на какой-то из телефонов и сообщила, что мне необходимо связаться с сотрудниками лагеря, предупредить об особенностях моих детей (тревожность, дефицит внимания), мне там сообщили, что постараются с лагерем связаться. Где то на 6 день мальчики позвонили, сказали что у них все нормально, что они слушаются батюшку, стараются себя вести хорошо, но больше в этот лагерь никогда не поедут. Телефона вожатого у них не оказалось и они обещали перезвонить и уже тогда сказали, что им в лагере устраивают испытания. Я не предала этому значения.

Еще один приемный ребенок, отдыхавший вместе с моими своей маме сообщил, что телефоны не дают ежедневно в наказание за плохое поведение.

Еще через неделю я неожиданно попала в больницу. Неожиданно случилось внутреннее кровотечение и была большая потеря крови. Как только я пришла в себя (но вставать еще нельзя было) мне позвонили из лагеря. Звонившая женщина не представилась, а сообщила, что мои дети очень плохо ведут себя, и мне необходимо приехать. Говорила очень напористо, и мои вставки "женщина, я в больнице, мне еще нельзя вообще вставать..." она или не слышала, или пропускала мимо ушей. Я сообщила ей, что у меня действительно мальчики могут вести не так как другие дети, не выполнять поручения, требования, не участвовать в каких либо мероприятиях. Но все это объясняется их высокой тревожностью, травмированностью, и говорит о том, что мальчики очень хотят домой. Одно я знаю точно, мальчики не дерутся, не воруют, не курят, не употребляют нецензурных слов. Бранные слова у них в лексиконе, конечно же есть, но не нецензурные. В связи с тем, что у них СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивность), то для них это вообще более чем норма. Ассоциальных поступков (что характерно для данного синдрома) они не совершают, но да, некоторые особенности есть. При этом это просто дети, которых надо просто услышать, пожалеть, и все сразу меняется.

Звонившая женщина не стала всю эту (по ее мнению ) дребедень слушать и сообщила, что в лагере для этого нет специалистов.

Однако, посмотрите, какая информация указана на сайте этого лагеря. Там сообщается как они обходятся с детьми, никого не наказывают, молятся за детей, отогревают их души. А два ребенка с травмированностью (не прошло и года после серьезной психологической травмы), с высокой тревожностью, с СДВГ - вызвали у сотрудников лагеря негатив. Вот я могу с таким детьми абсолютно спокойно общаться, мне даже не надо мальчикам что то дважды говорить, а специалисты - не могут.

Ранее у меня были дети, по сравнению с поведением которых эти мальчики - просто золотые дети. Те старшие тоже выросли достойными людьми, создали семьи и все у них хорошо. Просто я полагаю, надо чуть внимательней быть к детям.

На следующий день мне позвонили мои дети и наперебой рассказывали, что у них еще осталось печенье, но скоро кончится смена и можно уже доедать, ведь скоро домой; что в общем у них все нормально. Спрашивали, что дома нового. Я спросила как ведут себя. Они ответили, что нормально. Я уточнила у Стаса (старшего) почему же мне звонила женщина из лагеря? И тут, дрожащим голосом он мне сообщил, что какие-то старшие дети спросили как-то у него: "Ты сирота?" , он ответил, что нет и за это его ударили по лицу. На следующий день это повторилось, и это происходит каждый день.

Чтобы Стас на расплакался, ведь приехать забрать детей я не могла (лечилась), я стала его успокаивать, что я ему верю, я верю, что он старается себя вести хорошо, а звонившей женщине не верю.

Если бы телефоны давали ежедневно, то возможно бы Стас ранее мне сообщил о таких издевательствах над ним.

3 июля, под расписку я ушла из больницы. Мне необходимо было прибрать в доме, ведь отсутствовала долго, да и 7 числа забирать мальчиков.

Я сообщила в ГОРОНО (отдел образования) и о том, что звонила, жаловалась сотрудница, и о том, что сообщил мне Стас. Попросила сотрудников ГОРОНО принять меры, чтобы впредь телефоны детям выдавались вечером вне зависимости от поведения.

5 июля мальчики сообщили по телефону, что их привезут к гостинице "Лучеса" 7 июля, примерно к 11.30.

7 июля вместе с другими замещающими родителями из Орши мы подъехали к гостинице "Лучеса" примерно в 11.20. Меня сильно укачало в пути. Мне еще было плохо, так как не восстановилась. Ведь еще неделю назад я была без сознания от кровопотери.

Приемные родители пошли в расположенную рядом церковь отмечать свои командировки, а я пошла в ВЕСТУ (рядом находится). Мне нужно было в туалет, и попить воды.

Меня не было у гостиницы "Лучеса" не более 5 минут, как позвонили дети с чужого телефона и сказали, что их уже привезли, а их телефон разряжен. Я сказала ожидать меня, что вот-вот подойду, мол я рядом.

Подошла к гостинице, а мои дети одни сидят на лавочке. Спрашиваю, где вожатые или кто-нибудь из лагеря? Дети отвечают, что их высадили и уехали.

ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ? Высадили двух малолетних детей в чужом городе, не удостоверились, приехала ли я, доехала или где свалилась в пути. ... Дети просто оставлены одни, с разряженным телефоном. То есть, если бы я рухнула в том же туалете, и меня забрала бы скорая, мальчики бы ночевали на остановке.

Дети стали наперебой сообщать о лагерной жизни.. и так загадочно: ой, что было, что было. Даже некоторых отчислили из-за Стаса.

Стала уточнять. Оказалось, что Стаса дети из старшего отряда связывали, затыкали рот тряпкой, засовывали его в шкаф, потом открывали дверь и ударяли ногой в живот. Когда Влад (младший) побежал за вожатыми, те пришли, но безобразие не прекратили, а (со слов детей) стали снимать все на телефон.

Стаса дети из старшего отряда загоняли в лес, валили на землю и снова избивали. Стас сказал что напишет заявление на них (в семье ж юриста воспитывается), ему пригрозили, что убьют. А еще убьют тех, кто будет свидетелями. Со слов моих детей, они реально боялись старших. Но Стас все равно написал заявление. Было какое-то разбирательство, двоих детей отчислили из лагеря. Только вот я, как законный представитель, почему-то не в курсе каких-либо заявлений от моего малолетнего подопечного.

Кроме того, мои дети сообщили, что вожатые устраивали испытания. Мои мальчики очень не хотели участвовать, и даже жаловались старшей воспитательнице (кстати, той, что мне звонила). Но она сказала, что дети обязаны выполнять все, что скажут вожатые. А вожатые устраивали вот что.

Ставили детей в шеренгу попарно, лицом друг к другу. У каждой пары на плечах палки (перекладины). Вожатые (ВЗРОСЛЫЕ) залезали на эти перекладины и ходили, делали кувырки и т.д. Держать надо было так, чтоб идущий вожатый не упал. То есть, на каждую пару детей приходился вес взрослого человека. Стас у меня рослый, 178, 50 кило. А Владюша - 150 и около 40 кило. Дети в отряде были еще меньше. Я не могу это комментировать, поскольку знаю, что максимум 2-3 кило допустимо для детей, а не половина веса взрослого мужчины.

В качестве испытания было и такое: одного в центр, все лупят его со всех сторон шишками. Еще бой на мечах. Про мечи дети рассказывают, что были и деревянные и пластиковые. Если мечом попадали по лбу, приговаривали: "Это чтоб лучше видел Бога".

Еще какие то лазания по веревкам, и т.д. кстати, одна из приемных мам, мальчик которой был в одном отряде с моими детьми, сказала, что у ее ребенка содрана кожа и кровоподтеки под коленями. Как сказал ребенок - от веревки, по которой надо было залезать. Мои предусмотрительно, на "испытания" (пытки) шли в трико, а не в шортах.

Со слов моих детей, такие испытания (пытки) были лишь в их отряде. И всего несколько дней в начале смены, и пару дней в конце - были без этого.

По приезду в Оршу мы сразу же зашли в отдел образования. Дети рассказали все сотрудникам отдела. Те повозмущались и пообещали перезвонить.

Действительно перезвонили и дали телефон отца Николая, который якобы ждет, чтобы я с ним связалась. Еще добавили, что лагерь "Дружба" не находится у них в подчиненности, и потому они тут не при чем. Представляете? Если с гражданами Беларуси случается что за рубежом, посольство вот так руки не умывает. А тут, "свои" , территориальные дети -сироты, и они не при чем. Однако, орган опеки проводит работу направленную на предотвращение насилия в отношении детей. Но Оршанский отдел образования - не при чем.

Я связалась с отцом Николаем, и он начал беседу с того, что мои дети вели себя плохо, их поведение постоянно разбиралось... Понимаете, что я на взводе, уже не разбирая рангов и чинов, сказала отцу Николаю, что он не о том, я не спрашиваю как вели себя мальчики, так как это отдельная тема для беседы, я хочу узнать кто совершал в отношении моих детей противоправные действия? Зачем они берут сирот, если со слов звонившей накануне мне женщины у них нет специалистов? Отец Николай не намерен был это обсуждать, сообщил что специалисты у них есть, но и они не справлялись с моими мальчиками. А возмущенные другие дети просто наказывали моих детей. Ага. Связанного, с кляпом во рту и ногами в живот... Там, на сайте лагеря написано, что в лагере детей не наказывают.. мол самое большое наказание, это последним войти в столовую. Ну да.. Наверное наказывают руками детей старшего отряда??? Не удивлюсь, что такое озвучат подростки, избивавшие моего Стаса.

Отец Николай только в отношении одного сказал, что разберется: в отношении того, кто оставил детей одних в Витебске.

Через какое-то время позвонил мужчина, и крайне пренебрежительным тоном сказал: ну, это я тот, кто Ваших детей оставил. Ну и что не так? Мне как разорваться было? Я начинаю ему высказывать претензии, что дети малолетние, что города не знают, и вообще очень тревожные, и если я не подошла сразу же, для них это сильный стресс.

Он мне (снова нараспев и пренебрежительным тоном): нуу, если считаете, что я виноват, то извините... Я: Я считаю? А Вы себя виноватым не считаете? Он: у нас у ребенка пропал рюкзак, я был занят поиском рюкзака.

Видя, что выводы данным лицом не сделаны, и предполагая, что это вообще сложившаяся практика так поступать, я сказала, что намерена дать законный ход делу.

На следующий день 08.07.2017 года мы обратились в следственный комитет с заявлением о возбуждении уголовного дела. 10.07.2017 прошли освидетельствование у судмедэксперта. На Стасе зафиксированы синяки.

Позже я обратилась в Витебскую районную прокуратуру с заявлением в отношении сотрудников лагеря, снимавших на видео издевательства над ребенком, устраивавших испытания (пытки) и оставивших малолетних детей без всякого присмотра в чужом городе.

Это пока все. Пока ответов никаких нет. Отдел образования молчит. насколько я знаю не опросили даже приемную маму (сотрудницу отдела образования) ребенок которой был не только в одном отряде с моими, но и в одной комнате...

Елена Кашина

Фото сайта Витебской епархии.

Комментарии читателей:

Новости: Беларусь

Новости: Общество